Сергей: «Я решил попробовать, почему нет?»

Начало истории: http://rekvizit.info/2018/06/vytashhit-iz-bezdny/

Ну, что ж, Новинки — место замечательное. Симпатичный трехэтажный дом, построенный практически целиком руками тех, кто живет в общине. Сергей рассказывает, что вначале было куплено одноэтажное строение, которое затем достроили. Центр содержит себя. Все работают. Мужчины – часто на стройках. В частном секторе, но не только. «Бетель» имеет благодарность от центра «Эрмитаж- Выборг», библиотеки Алвара Аалто. Да, наркоманы и алкоголики, хочется сказать, — бывшие, участвуют в реставрации архитектурных памятников. Община не случайно располагается в удаленном от города месте, очень живописном. Как правило, удаленность от города — одно из условий благополучной работы. Подальше от греха: и в прямом, и в переносном смысле.

В тот день, когда мы приехали, в доме находилось всего несколько человек, остальные разъехались по стройкам, в город, продавать открытки и календари. Остались те, кто работает в небольшом подсобном хозяйстве: имеются две хрюшки; кто-то готовит еду в столовой. Рассказывает Сергей, руководитель выборгского центра :

«Уйти от прежних связей, обрезать все контакты – так начинается реабилитация. В первые дни нельзя звонить даже по мобильному. Потом , постепенно, разрешается вначале звонить домой, через полтора месяца могут приехать навестить родители , жена, (муж) , если есть. Через полгода можно выехать на работу за пределы общины, получить отпуск, съездить домой».

Сергей работает в « Бетель» уже 9 лет, 4 года руководит выборгским отделением центра, живет с женой в городе. Его история прихода в «Бетель» также очень похожа на многие другие, и в то же время нестандартна своим продолжением.

Он родился и жил в Звенигороде, в Московской области, учился в ПТУ. Начал «баловаться» травкой, еще занимаясь спортом, играл в футбол. По мере взросления и наркотики становились все более «взрослыми», постепенно подсел на героин, стал колоться. О занятиях спортом уже речи быть не могло. «Когда единственная цель — получить кайф, какой уж тут спорт», — с горечью вспоминает Сергей.

«С чего все началось?» — спрашиваю . « Да как-то само собой . На девяностые, думаю, на 97 -98 годы , пришелся пик, наверное, употребления наркотиков в России. Тогда это считалось круто. Среди моих знакомых каждую неделю кто-то умирал от передозировки, но никого это не пугало. Опасности никто не ощущал. Я же еще во время учебы в ПТУ связался с криминальной компанией, где наркотики были нормой. Потом получил пять лет за кражу. Тюрьма меня ничему не научила. Наркотики я и там доставал.

Потом, когда вышел, продолжал в том же духе. Я докатился до самого дна. Шел на все, чтобы получить дозу: выносил вещи из дома, обманывал, воровал. В какой-то момент я понял, что упал ниже плинтуса. Дома я уже не ночевал, кантовался у друзей, бывало, что и в подъезде. У меня были огромные долги.

Мать постоянно искала телефоны организаций, где можно было пройти курс лечения. Несколько раз лечился в разных клиниках. Я прошел курс в одной из благотворительных организаций, подобных « Бетель», но это не помогло. Посчитал, что свободен от наркотиков, но это было не так. Через месяц началось все снова. И прошло еще какое-то время, прежде чем я понял: нужно что-то делать. Мне дали три телефона, и я позвонил в «Бетель». Сознательно выбрал Ленинградскую область, как можно дальше от дома. Я понимал, что в моем городе мне будет не справиться, все связи надо оборвать.

Как все, я был предупрежден, что ломка будет всухую, без медикаментозной помощи, хотя можно пройти этот этап и в домашних условиях, как угодно, с помощью капельницы или без, а потом уже прийти в центр.

— Это ведь очень тяжело?

— Я не знаю никого, кто бы от этого умер. Тяжело, но вполне можно выдержать. В тюрьме ведь без наркотиков обходятся, и никто тебе помогать не будет. Что толку, что я лежал под капельницей, когда в первый раз лечился? Это оказалось слишком легко. У меня было огромное желание, и я согласился на ломку « всухую».

— Когда вы поняли, что, по крайней мере, первый этап реабилитации пройден?

— В физическом плане – через месяц, когда смог нормально уснуть. Месяц я не мог спать. Я понял, что какой-то барьер преодолел. Что-то стало меняться во мне. Это не сразу, постепенно. Через полгода произошел один случай: я и еще два парня увидели там, где работали, полянку , засеянную маком. И это никак меня не всколыхнуло. Во мне происходили серьезные психологические изменения.

— А почему решили остаться в «Бетель»?

— Сама программа реабилитации – это год. Потом мы разговариваем с ребятами о том, что они собираются делать, не хотят ли попробовать помогать другим. Так было и со мной. И я решил тогда тоже остаться. Я просто смотрел на лидеров, наших наставников, и видел, что они радуются. Чему — тогда не понимал. Со мной говорили о Боге, помогали своим примером. Я совсем по-другому стал смотреть на многие вещи, и мне захотелось попробовать. Почему нет? А потом я встретил свою жену. По правилам, мы должны были находиться в разных домах, меня отправили в Новинки, она осталась в « Колоске». Когда мы поженились, то вместе приняли решение работать в « Бетель».

— Но вы стали руководителем?

— У нас нет каких-то социальных ступенек. Мы все вместе работаем, включая ребят, которые проходят реабилитацию. С таким огромным объемом работы мне одному не справиться. Просто кто-то может руководить, а другому это не дано. Прежний руководитель выборгского отделения уехал работать в Казахстан, и я встал на его место.

— Человек, имевший пристрастие к наркотикам, не считается вылечившимся окончательно даже, если он давно находится в ремиссии. Вы уверены в себе?

— Вы знаете, я допускаю мысль, что когда-нибудь, при других обстоятельствах, хотя это совсем не обязательно, я мог бы к ним вернуться, такой вариант исключить совсем нельзя. Но, реабилитация в центре происходит не только физическая, а, главным образом, духовная. Сейчас я в себе уверен.

Позвонить в «Бетель» в Выборге: 8 911 151 99 79 (Сергей)

Светлана Логинова

 


Источник: Rekvizit.info Категория: Авторы, Выборг, Район, Социальная сфера Метки:


Loading...