Реклама

Фото: Геннадий Дмитриевич Михайлов в зале «Выборг-город воинской славы» рядом с экспонатами, найденными поисковиками

Начало в №22

В большинстве случаев мы ищем и находим санитарные захоронения. Например, 25 июня 1944 года пошло наступление из района Пальцево. Планировалось за 10 дней взять Лаппеенранту и Иматру. Однако финны удержали линию, и за 10 дней наши войска прошли только 6 км, личный состав оказался выбит. Застряли на линии Ихантала (16-й км Светогорского шоссе). Именно на этой линии погибло множество наших солдат, которые лежали там до тех пор, пока поисковики не начали их подбирать. Во время боев тех, кто лежал на нейтральной полосе, не хоронили. Было лето, трупы разлагались, шел ужасный запах. Мне известен факт, когда в районе дефиле нынешних Градуевского и Большого Макаровского озер воюющие стороны даже заключили перемирие на несколько часов, чтобы быстро убрать трупы. Тела скидывали в воронки, не проверяя документов, с гранатами и патронами, слегка присыпав землей.

90 % найденных нами солдат – это пропавшие без вести. Иногда по наградам, бумагам в кошельке и медальонам удается восстановить имена. Но дело в том, что медальоны у советских солдат были только в начале войны, потом в ноябре 1942 года их почему-то отменили. Иногда попадаются гильзы с именами. Солдаты разряжали патрон, вкладывали туда записку, а пулю переворачивали вверх ногами. Иногда имена написаны на ложках, котелках и алюминиевых флягах.

Финских солдат мы находим мало, в десятки раз меньше. У финнов было положено забирать тела на родину. Если не получалось, хоронили, заносили на карту. Потом у них у каждого был свой жетон. Если мы их находим, то всегда передаем финнам. У меня даже медаль есть финская – наградили за активную работу.

На официальном уровне в нашей стране поискового движения долгое время не было, зарегистрировать отряд было крайне трудно. Такая возможность появилась только в 80-е годы после многочисленных обращений граждан по всей стране. Например, в нашем Выборгском районе потребовалось несколько публикаций в газетах по поводу творящегося безобразия, что по лесам лежат незахороненные солдаты. Наконец, при помощи военкома нам удалось зарегистрировать нашу группу «Поиск».

Это случилось только в 1988 году, а до этого официально мы как частные лица могли только сдавать найденные боеприпасы.

К тому времени у меня уже была большая база данных. Начинали вшестером. Информацию собирали по крупицам. Финская война долго была «незнаменитой», а вторая наступательная операция 25 июня 1944 года на Карельском перешейке вообще провальная, поэтому она была засекречена.

Часто сведения о лесных захоронениях приносят жители. Например, благодаря помощи ветерана войны мы нашли захоронение медсанбата в Озерном: внутри оказались бинты, шины. Еще нашли армейскую газету от 26 июня 1944 года. По названию газеты узнали, что это бойцы 268-й стрелковой дивизии.

Когда мы начинали заниматься поиском, в лесах вдоль бывшей линии фронта можно было встретить останки солдат, лежащие прямо на поверхности. Оружия при них не было, обычно его забирали сразу, тем более финское и советское оружие совместимы, кроме автоматов.

Теперь, в основном, все работают по картам. Поисковики ходят вдоль окопов и траншей с металлоискателем и щупом. У солдата всегда что-то есть: патрон, граната, пряжка. Если нашли, сразу начинаем разгребать площадку. Работаем медленно, все через руки просеивается, чтобы найти медаль или монетку. Потом еще на всякий случай прощупываем глубже.

Поисковый щуп представляет собой обычный железный прут типа шомпола. Останки слышно по звуку. Корень, камень, металл и кость звучат по-разному. Даже грунт по внешнему виду различается, если его хоть раз копали пусть даже 70 лет назад. Но здесь, конечно, нужен опыт. Человек без знаний и опыта вряд ли что-то найдет.

В 1941 году под Выборгом трагически погибла 43-я дивизия. Сведений по ней в архивах нет потому, что, попав в окружение, командование приняло решение уничтожить все документы. В 1941 году дивизия стояла на финской границе в направлении от Торфяновки и почти до Сайменского канала. В результате финского наступления 30 августа дивизия оказалась в окружении в районе Свекловичного. Командир дивизии генерал Кирпичников вместе со штабом попал в плен. Часть солдат вышла через леса на Приморск. Название дивизии сохранилось, потому что старшина спас знамя, обмотав его вокруг себя и в одиночку перейдя линию фронта по грудь в воде вдоль берега Финского залива. В 1944 году Кирпичникова передали в СССР, в 1950-м расстреляли.

Мы даже не знаем, сколько человек было в дивизии. Полный состав – около 14 000 тысяч. Я полагаю, что на начало войны она была в полном составе. Много солдат погибло, много попало в плен. По финским данным, около двух тысяч погибших захоронено в районе Свекловичного. Поисковики их до сих пор ищут, но нет карты.

В свое время в Выборг приезжал особист из 43-й дивизии, рассказывал, как они сейф с документами в болоте топили. А там болото огромнейшее: Дятлово – Токарево – Свекловичное. Вот они в какую-то топь сейф и бросили. Военком просил помочь. А как тут найдешь? Прошло столько лет, все заросло. Особист говорит: «Я узнаю место, там остров недалеко». Мы не поехали. Тут два года в лес не ходишь – и уже все меняется, растет. Даже если бы он это место чудом нашел, как сейф доставать, если он в топь ушел?

Другое дело – 115-я дивизия, бойцы которой где-то на перекрестке Дятлово – Каменка у какого-то камня в песок закопали свои документы. Мы потом искали-искали – не нашли, карты нет. Может, когда-нибудь случайно найдутся, если вдруг стройка пойдет.

Сейчас в районе идет много строек. Прокладывают дороги, нефтепроводы. Поисковики знают, что во время этих строек находят останки солдат, до нас доходят разговоры рабочих, но нам не сообщают о находках. Есть приказ начальства, иначе придется останавливать стройку, нарушать график работ – убытки, одним словом.

Два года назад я по возрасту ушел из поисковой работы. Куда мне по лесам? Это очень тяжелый физический труд. Сейчас в выборгский отряд «Поиск» входит около 30 человек. Люди разного возраста, все служили в армии. Но я по-прежнему общаюсь с ребятами, они спрашивают, советуются. Военкомат постоянно висит на проводе, особенно, когда нужно выяснить, где какая часть стояла и в какое время.

Записала Ирина Андреева

Источник: Rekvizit.info

Реклама

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Ваша почта не будет опубликована